Мысли о Кате вернули к событиям трехлетней давности, когда я очнулся на больничной койке и осознал, что потерял все, что имел в жизни. В который раз перед глазами поплыли образы тех далеких дней, и я окунулся в воспоминания.

Всю первую неделю после возвращения на Землю, проведенную на больничной койке, я тупо смотрел в потолок и мечтал побыстрее издохнуть. Однако мне не позволили помереть и перевели в больничку СИЗО, где настырный следователь прокуратуры, юрист второго класса Чернецов, нудно допытывался кто я такой и откуда родом.

Моему заявлению, что я Игорь Столяров, следователь не верил, потому что соседи по дому не признали в лысом мордовороте со зверской рожей, вежливого парня, пропавшего несколько лет назад. Чернецов откатал мои пальчики и отправил запрос в дактилоскопическую картотеку на предмет установления личности, а пока не пришел ответ, мытарил меня допросами. Правда, нужно отдать ему должное, меня не били, а старались добиться признаний в несовершенных преступлениях законными методами. Наконец, пришел ответ из дактилоскопической картотеки, в котором говорилось что пальчики, отправленные на экспертизу, принадлежат Игорю.

Александровичу Столярову 1972 года рождения. Это обстоятельство нарушило планы следователя, списать на находящегося в «несознанке» бандита, несколько «висяков», поэтому он отправил меня в дурку, вместо того чтобы выпустить на все четыре стороны.

Возможно, это решение пошло мне на пользу, потому что я тогда находился в полной прострации и быстро бы сгинул где-нибудь в канаве. В психбольнице меня хотя бы кормили, а также регулярно кололи успокоительное и витамины. На третий месяц полусонной жизни я начал себя осознавать и потихоньку возвращаться к действительности.